—  Что делать, если у меня окамененное сердце, и я не ничего чувствую, когда совершаю молитву?

— Будем каяться в своем окаменении, в котором бываем, стоя на молитве. Будем каяться пред Богом: «Господи, я словно земля безводная, пустынная и непроходимая, — как говорит псалмопевец (См.: Пс. 62: 2.). — Помоги мне! Излей благодать Твою на сердце мое, иссохшее по Тебе!»

Эту молитву ты можешь совершить в тайне сердца своего. И испытать свою совесть — почему мы окаменены? Ибо обычно окаменяют нас наши грехи: или мы что-нибудь тяжелое совершили, или в нашем окружении есть люди, которых мы не можем простить, или сердце наше покрылось толстой скорлупой по причине ненависти к ближнему. И будем молиться Богу, чтобы Он заполнил этот вакуум, чтобы снова распахнул наше сердце — и сделал его проницаемым для всего происходящего вокруг нас.

Молитвой мы разбиваем мрак, эту скорлупу, образовавшуюся вокруг нашего ума и сердца. Сердце наше словно покрыли панцири, делающие нас бесчувственными к словам Божиим. Но под напором молитвы эти волны откатывают, разбиваются, и ум наш становится светлым. Поэтому мы должны делать упор на этом приближении к Богу, а все остальное приходит почти автоматически, почти естественно в нашу жизнь; от Отца Небесного приходит.

Не должно быть пустот в нашей жизни, когда какой-нибудь день или минуту мы отдаем молитве, а остальную жизнь проводим в других занятиях.

Каждый день должен быть запечатан молитвой и послушаниями — занятиями повседневными, школьными, студенческими. Без этой альтернативы наша жизнь хромает, это жизнь больная, неполноценная, ущербная.

Мы сможем отложить все мирские попечения, когда наше покаяние в грехах, эта таинственная молитва к Богу, разобьет броню окаменения и бесчувствия, которыми мы были закрыты.

Архимандрит Софиан (Богиу)

Часто случается, что нас поносят, уничижают, презирают, гонят и причиняют зло как бы незаслуженно, если смотреть с мирской точки зрения.

Но Бог попускает это в воздаяние наших прежних прегрешений, чтобы мы, прощая другим, получили прощение от Бога за те несправедливости и грехи, которые мы когда-то допустили по отношению к другим людям.

Так что надо бы радоваться, а не горевать при подобных скорбях, а мы порой малодушествуем и огорчаемся без меры. Прости нас, Господи! Думается, что прощать грехи ближних мы должны не только, чтобы нам простились грехи, но и из сознания, что зло люди делают Непроизвольно, но по обольщению от демонов — не ведают, что творят.

Схиархимандрит Илий (Ноздрин)

Когда утром пробуждаешься от сна, помысли, что Бог даёт тебе день, которого ты сам себе не мог бы дать, и отдели первый час или хотя бы первую четверть часа даруемого тебе дня и принести её в жертву Богу.

Чем усерднее ты это сделаешь, тем больше освятишь свой день, тем крепче оградишь себя от искушений, каждый день встречающихся.

Святитель Филарет Московский

Первое - постоянное чтение Священного Писания. Здесь слова Господни, и мы ими будем питаться как источником Божественной жизни.

Второе - молитва. Где бы мы ни были, в храме, дома, на пути, мы всегда можем обратиться к Богу. Мы говорим "Господи" - и вот Он уже здесь. Вот она, Божественная жизнь, она уже началась, как только ты обратился к Богу, словесно или мысленно, это неважно.

Третье - таинства Церкви. Вот мы подходим к аналою, на котором лежат крест и Евангелие, и через руки священника получаем отпущение грехов от Самого Господа Иисуса Христа. То есть мы подходим к аналою, к священнику, а на самом деле - к Самому Господу Иисусу Христу. Вот она, близость к Богу!Святое Причащение, когда мы не просто прикасаемся к Пречистому Телу и Честной Крови Христа, а вмещаем их в себя и происходит обожение, таинственное соединение человека с Богом.

И, наконец, четвертое - добрые дела, по слову Христа Спасителя. В любом человеке - Христос. Если ты любому человеку, независимо от того, кто он - турок, русский, крещеный некрещеный, умный или нет, - если ты ему оказал любовь ради Христа, ты послужил Самому Богу. В тот момент, когда ты ему служишь, что-то ему делаешь, помогаешь, любишь его, в этот момент ты соединяешься с Самим Богом.

Божия Матерь – скорое утешение скорбящих и плачущих; Она – предстательница кающихся; Она – благонадежное пристанище для грешников, желающих обратиться к Богу; Она – теплейшая ходатаица за них пред Богом. Предстоя Божией Матери в глубоком благоговении к ее величию, в священном недоумении и удивлении, в восторге веры и любви, чада Православной Церкви приносят Приснодеве всерадостное славословие.

Прими, Владычице, эти младенческие гласы, это младенческое лепетание, усиливающееся по причине теплоты сердечной определить твое величие и не могущее определить его по немощи разума, по немощи слова, по необъятности твоего величия.

Радуйся, селение Бога-Слова! Радуйся, святая святых! Радуйся, престол Вседержителя! Радуйся, вместилище невместимого Бога! Радуйся, колесница восседающего и шествующего на Херувимах! Радуйся, храм поклоняемого и песнославимого Серафимами! Радуйся, высота, неприступная для человеческих помыслов! Радуйся, глубина, недосягаемая для ангельских умов! Радуйся, неверных сомнительное слышание!

Радуйся, верных известная, достоверная похвала; Радуйся, являющая мудрецов немудрыми; у хитрословесных отъемлющая и хитрость и слово! Радуйся, посрамившая любопытных, бесстыдных, безумных, всезлобных изыскателей! Радуйся, исполнившая духовными познаниями рыбарские мрежи веры! Пресвятая Богородице, слава Тебе! Пресвятая Богородице, спасай нас! Аминь

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Твердо веруйте, что, когда читаете Архангельское приветствие ("Богородице Дево, радуйся..."), Она невидимо приветствует и соплетает вам венец. Кто о Пресвятой Богородице даже только беседует, и за то великое воздаяние будет: Она всех слышит и о всех ходатайствует. Пресвятым Её молитвам всё возможно!

Архимандрит Феофан Новоезерский Соколов

Ты спросил кого-то, где Бог?

Тебе ответили, Бог в тебе.

Ты удивлен таким словам: как это возможно?

Примерно так же, как свет в комнате или огонь в печи. Когда-нибудь ты почувствуешь Бога в себе и познаешь, что Он в тебе, но тебе будет трудно объяснить это другому.

Ты будешь искать образы и сравнения в природе, и ты скажешь так же, как я говорю тебе: Бог во мне, словно свет в доме, или как огонь в печи, или как воздух в легких, или как жизнь в творении, или как сила, и любовь, и мысль в человеке.

Конечно, это лишь образы, сравнения, и все они не могут выразить того, что чувствует человек, когда Бог вселяется в него в полноте Своей.

/Святитель Николай Сербский /*

Как-то пришел ко мне человек, который уже много лет искал Бога, и со слезами сказал мне: “Отец Антоний, я не могу жить без Бога. Покажите мне Бога!” Я ему ответил, что не могу этого сделать, но если бы и мог, думаю, он сам был бы неспособен Его видеть. Он с удивлением спросил меня: почему? Тогда я поставил ему вопрос, который я часто ставлю приходящим ко мне людям: “Есть ли в Священном Писании какое-нибудь место, которое вас волнует до глубины сердца, которое вам дороже всего?” – “Да, – ответил он: это рассказ о грешнице в восьмой главе Евангелия от Иоанна”. Тогда я спросил: “Кем вы видите себя в этой сцене? Женщиной, которая вдруг осознала свой грех и стоит перед судом, зная, что над ней висит суд жизни или смерти? Или вы заодно со все понимающим Христом, Который ее простит, чтобы она жила дальше, теперь уже новой жизнью? Ожидаете ли вы Его ответа с надеждой на прощение, как, вероятно, ждали апостолы? Или вы в толпе, один из старейших, кто, сознавая собственные грехи, уйдет среди первых; или вы один из молодых людей, кто постепенно осознает свою греховность и выпускает камень, уже зажатый в руке? Где вы, кто вы в этой прекрасной, волнующей сцене?” После минутного раздумья этот человек ответил: “Я себя вижу как единственного еврея, который не ушел и побил камнями эту женщину”. Я ему тогда сказал: “Вот и ответ: вы не можете увидеть Бога, Которому вы до такой степени чужды”.

Нет ли чего-то подобного в опыте каждого из нас? Нет ли в каждом из нас сопротивления, отказа, отрицания Бога? Не ищем ли мы Бога по собственному образу, подходящего нам Бога? Не отвергнем ли мы истинного Бога, если найдем Его? Готовы ли мы к встрече с Богом, Каков бы Он ни был, даже если эта встреча нас осудит и перевернет все наши ценности? Не является ли часто отсутствие Бога в нашей жизни и в нашей молитве результатом того, что мы Ему чужды, и даже встретившись с Ним лицом к лицу, не видим Его, не узнаём?"

Митрополит Сурожский Антоний.*

Чем дольше живешь, тем больше понимаешь слова святителя Иоанна Златоуста: «Слава Богу за все!».

И хотя мы не можем повторить это так, как сказал бы он — от всей души, от всего сердца, всею жизнью это засвидетельствовать,— но, во всяком случае, все больше понимаешь, что ничего случайного, ничего напрасного, кроме греха, в жизни нет.

Да и наши грехи, наши слабости Господь претворяет нам во спасение... "

Митрополит Тихон (Шевкунов)*

Душа моя в страхе и трепете, когда размышляю о славе БОЖИЕЙ МАТЕРИ. Мал ум мой и бедно и немощно сердце мое, но душа радуется и влечется написать о Ней хоть несколько слов.

Боится душа моя прикоснуться, но любовь понуждает не скрывать благодарности за Ее милосердие.

БОЖИЯ МАТЕРЬ не предала писанию ни мыслей Своих, ни любви Своей к Богу и Сыну Своему, ни страданий души Своей при распятии, потому что все равно мы не могли бы постигнуть, ибо любовь Ее к Богу сильнее и горячее, чем любовь Серафимов и Херувимов, и Ей удивляются все небесные силы ангелов и архангелов.

И хотя жизнь БОЖИЕЙ МАТЕРИ как бы покрыта святым молчанием, но Господь нашей Церкви Православной дал знать, что любовью Своею Она объемлет весь мир, и в Духе Святом видит все народы на земле, и подобно Сыну Своему, всех жалеет и милует.

Преподобный СИЛУАН Афонский*