Размышления на каждый день

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

Дисциплина

Мы должны помнить, что дисциплина - не муштра. Слово "дисциплина" связано со словом discipulus, ученик. Дисциплина это состояние ученика, его положение по отношению к учителю и к тому, что он изучает. Если попытаться понять, что значит ученичество на деле, когда оно приводит к дисциплине, мы обнаруживаем следующее. Прежде всего, ученичество означает искреннее желание учиться, решимость научиться любой ценой. Ясно, что слова "любой ценой" могут означать для одного человека гораздо больше, чем для другого. Все зависит от рвения, убежденности или от устремленности к научению. И однако для каждого конкретного человека это происходит "любой ценой". Не так часто находишь в своем сердце искреннее желание учиться. Как правило, мы готовы учиться сколько-то, при условии, что от нас не потребуется слишком уж больших усилий, а конечный результат оправдает их. Мы не уходим в учение всецело, неразделенным сердцем, и в результате часто не достигаем того, чего могли бы достичь. Поэтому, если мы хотим с пользой стать учениками и научиться дисциплине, которая принесет плоды, первое условие - цельность устремлений. Но дается это нелегко


Антоний, митрополит Су́рожский.

Божественный образ в ближнем

Мы должны также научиться по-новому вглядываться в нашего ближнего. Мы слишком легко видим его недостатки; мы должны научиться так всматриваться в глубины каждого нашего ближнего, чтобы увидеть в нем этот святой, Божественный образ, и научиться благоговейно, трепетно относиться к каждому человеку вокруг нас


Митрополит Антоний Сурожский

Куда ведет Господь?

И вся наша жизнь, жизнь каждого отдельного человека, каждого из нас – в руке Господней. И все, без исключения, что в ней происходит, имеет смысл, если бы мы только прозрели и поставили вопрос: Куда ведет Господь? Что это значит? – а не кричали: Мне неудобно! Мне больно! Меня это раздражает! Не хочу этого! Отойди прочь, Господи, с Твоими блаженствами, которые говорят о голоде, и о плаче, и о гонении, и об одиночестве... Не хочу того!..


Митрополит Антоний Сурожский*

О любви

Полюбить, это не значит переживать какие-то особые чувства; это значит посмотреть на другого человека, и подумать: он — человек, как я, он Богом был создан по любви; он Богу так дорог, что Христос Свою жизнь отдал для него… Посмотреть — и отдать Свою жизнь этому человеку, не в каком-то величественном, героическом смысле, а в простом смысле: буду делать изо дня в день для каждого человека, который вокруг меня, всё, что я только могу, и все, в чем он нуждается. И тогда любовь Божия, через нас изольется на каждого человека и на всех людей. И тогда благовествование, о котором говорит апостол Павел, не будет только словесной болтовней, или богословскими трактатами, а жизнью; жизнью, которая спасает людей от отчаяния, от страха, от одиночества, от горя...

Митрополит Антоний Сурожский 


Боже, я хочу творить волю Твою

Иногда мы говорим:

—Боже, я хочу творить волю Твою!

А из глубины души поднимается крик: «Но не в этом! Да, я готов принять ближнего своего, но не этого ближнего! Готов принять всё, что Ты пошлёшь, но не то, что посылаешь сейчас!»

В минуты просветления мы признаём:

—Господи, я теперь всё понимаю! Спаси меня, любой ценой спаси!

И если бы в такой момент нам явился Христос, или Ангел, или святой и потребовал от нас покаяния, изменения жизни, то мы это, может, и приняли бы.

Но вместо Ангела и святого, вместо того, чтобы прийти Самому, Христос посылает нам человека, которого мы не уважаем, не любим, который испытывает наше терпение… И мы забываем свои слова, своё покаяние и говорим:

—Прочь от меня! Не от тебя мне получать Божие наказание или наставление, не ты мне откроешь новую жизнь!

И проходим мимо обстоятельств и человека, посланных для нашего исцеления и смирения, которые вводят в Царство Небесное.


Митрополит Антоний Сурожский.*

Бог услышит любое слово из глубин сердца.

Один вздох, действительно, спас мытаря. Один крик спас разбойника на кресте. Одного слова из глубин нашего сердца достаточно для того, чтобы нам раскрылась Божия любовь.

Но мы не можем заменить этим последним криком долг целой жизни.

Мы не имеем права рассчитывать на то, что, прожив жизнь кое-как, не достойно ни себя, ни Бога, в последнее мгновение сможем сказать: Боже, милостив буди мне, грешному! – и что Бог поверит нам в этих словах.

Бог услышит любое слово из глубин сердца, но не расчетливое слово, не такое слово, которое мы скажем как бы в надежде, что одним пустым словом заменим целую жизнь.


Митрополит Антоний Сурожский*

Смирение — одна из самых мужественных евангельских добродетелей

Смирение — одна из самых мужественных евангельских добродетелей, мы же умудрились превратить его в жалкое свойство раба. Мало кто хотел бы быть смиренным, потому что смирение представляется людям отвержением человеческого достоинства. То же относится к послушанию: мы хвалим ребёнка за послушание, тогда как на самом деле он проявляет покорность и лишён собственной воли; мы очень редко интересуемся, что же у него на сердце, и слишком легко принимаем блеющую овцу за овцу стада Христова. Прослыть смиренным, послушным, кротким воспринимается чуть ли не как оскорбление. Мы больше не видим высоту и силу этого состояния.


Митрополит Антоний Сурожский

Любить надо только так, как нас возлюбил Господь

…наши встречи подобны встрече в море корабля с другим: встретились и разошлись. Не хватило глубины, не хватило верности, не хватило готовности сделать то, что Христос сделал: сойти в ад, в ад страдания того, кого мы любим, в ад его соблазна, в ад его горя, в ад его погибели. Мы стоим на берегу, призываем другого: "Спасись, приплыви — я протяну тебе руку!.." Но сами не сходим в этот ад, и так страшно нам говорить о любви, так трудно любить — потому что любить надо только так, как нас возлюбил Господь.


Митрополит Антоний Сурожский

Рождество Христово

"Что же нам говорит рождество Христово о Боге? Оно нам говорит о том, что Бог, Который в Ветхом Завете представлялся непостижимым, великим, святым и страшным, перестает быть страшным. Он делается нам родным., потому что вдруг мы обнаруживаем, что любовь Его к человеку такова, что Он готов стать одним из нас. А это значит, что Он берет на Себя все последствия Своего творческого действия, что Он нас не создает просто с тем, чтобы мы потом перед Ним отвечали за то, что не сумели жить так, как Он возмечтал о нас".

Митрополит Сурожский Антоний.*

Слепы мы к тому, что Бог посреди нас

Бог посреди насБог посреди нас; в храме, вне храма — везде присутствует Господь; а мы живем, словно Его нет. Он рядом с нами, мы Им дышим, движемся, существуем — и не отдаем себе в этом отчета, приписываем себе жизнь, силу, ум, переживания, дарования, успех; однако проходим мимо Того, Кто есть источник всего. Мы слепы в этом отношении: среди нас Господь — а мы можем думать пустые думы, переживать бессмысленные переживания, вести между собой тленные и растлевающие беседы. А Он стоит безмолвно, как нищий стоит у двери: не взглянет ли кто на Него, не обратит ли кто внимание, не учует ли кто Его присутствия, не переменит ли Его присутствие чего-либо в сердцах, в мыслях, в словах людей?

Митрополит Антоний Сурожский